Лиенц. Драва. “Долина смерти”

Есть долина такая в Тироле,
А в долине той Драва река…
Только вспомнишь — и дрогнешь от боли,
Как от вскрывшего рану клинка!

Там, где крепко задумались горы,
Обступивши небесную гладь,
Ветер повесть греха и позора
Не устанет в веках повторять.

Ты ж, поэт, свои горькие строфы,
Что на волю прорваться спешат,
у подножия новой Голгофы
На коленях слагай, не дыша!

Где-то Драва в безудержном плаче,
Ударяя, как в грудь, в берега,
Причитает о жизнях казачьих,
Хладно брошенных в руки врага.

Обманули закон и защита,
Просьбы тронуть глухих не могли…
Кровь, коварно, безвинно убитых,
Вопиет, вопиет от земли!

Колыхнулись хоругви, как тени…
И в молитвенный жаркий порыв
Злобно хлынуло уничтоженье,
Все стихией своей затопив!

По плечам, головам и иконам
Мчались сотни подкованных ног…
Даль и высь переполнились стоном,
Но никто не пришел — не помог!

Лишь одна сердобольная Драва,
Отражая июньскую твердь,
Укрывала волною кровавой
Убежавших от ужаса в смерть…

Горы строже нахмурили брови,
В долгом эхе их дрожь проняла, –
Не от лязга ль железных чудовищ,
Волочивших и рвавших тела?

Казаки, и казачки, и дети,
Цвет последней казачьей земли,
Позабытые всеми на свете
Не за что в западне полегли
Так склонись же, поэт, на колени
И взывай, и моли, и проси,
Чтоб хоть поздняя весть об измене,
Как огонь, пронеслась по Руси,

Чтобы память о жертвах дрожала
В русском сердце рыданьем всегда!
А пока… пусть тирольские скалы
Наливаются краской стыда!

Мария Волкова (1902-1983)
(сотрудница журнала «Военная быль» Париж, Франция, дочь генерала Сибирского казачьего  войска, замученного в Иркутске в 1920 году. Публикуется с разрешения редакции журнала)

Примечание.

О предательство «союзников» в 1920 году и об отце Марии Волковой…